Обзор элит к маю 2026 года

«В Англии и Франции овцы бегают за вожаком-бараном, а в Германии каждый имеет свою собственную баранью голову», О. фон Бисмарк

Буду исходить из своих базовых убеждений, что в мире управляет элита, и главное, что отличает её от всех прочих – владение т.н. «тайным знанием», которое её и создаёт.

Но уже теперь, в апреле, события текущего года показали, что времена теорий миновали. С фундаментального уровня нужно переходить на оперативный, и первым «тайным знанием» Полишинеля станет догадка, что далеко не везде политику определяют лица, занимающие высшие посты в государствах. Многие «лидеры» европейских стран играют роль нанятых менеджеров у неких «акционеров», которых почему-то отождествляют с народами этих стран.

Впрочем, некоторые страны просто тупо оккупированы. Если на высоком уровне было прямо сказано об оккупации Германии Америкой, то стесняться нечего. Да, оккупирована, как и Япония, и Южная Корея. В последней происходит геноцид, что ясно из самого низкого в мире уровня рождаемости. Оккупационный режим там особенно жесток, но формально во всех этих странах демократия.

Самая же демократическая страна это Джибути. Недавно её лидер Исмаил Омар Гелле был переизбран на шестой срок с результатом около 98%. Этот факт, правда, не стал широко известен в мире. Наверное, его трудно объяснить обычными понятиями политологии; рискну предположить, что сама география в некоторых особых местах Земли (Джибути, Гибралтар, Сингапур и т.д.) придаёт демократии особую силу. Что доказывает анизотропию пространства.

Но в Европе всё остаётся в рамках классической механики. Похоже, в Англии премьеров выбирают для исполнения конкретных задач. Был премьер брекзита, затем премьер «адаптации к брекзиту». Приход Б. Джонсона ознаменовал приближение времён потрясений; этот зловещий персонаж – премьер ВВВ, ковида и эскалации СВО. Был премьер одной узкой задачи: похоронить престарелую королеву. Премьер-индус стал «сигналом» для индусов: шло много разговоров, что Индия, ставшая самой населённой страной, очень скоро станет первой и в экономике. Ничем другим этот симпатичный зять миллиардеров себя не проявил. О нынешнем премьере трудно говорить открыто. Скажем так, что грязная история, тянущаяся за ним, странным образом «зарифмовалась» с самым грязным скандалом современной политики.

Видимо, наша цивилизация стала «цивилизацией контроля». На это указывает повсеместное распространение соответствующих технических средств, в каковых превращают и людей, вплоть до ведущих политиков. Соответственно, первая задача любой организации – сначала контроль за своими сотрудниками, а потом уже «работа на результат».

В связи с либерализацией, разнообразие «коротких поводков» снизилось. Гомосексуализм или наркомания больше не являются постыдными секретами. Поэтому «в тренде» педофилия и терроризм: такие факты закладывают теперь основы чьих-то великих политических карьер.

Это всё тот же «оперативный уровень тайного знания», но мне трудно идти вперёд без осмысления фактов… Как стало, что мы пошли по пути контроля? Есть метафизическое объяснение, что за этим стоит «бог гравитации» Исаака Ньютона: этот английский учёный не только создал физическую картину мира, но и был оригинальным теологом… Если вспомнить что-нибудь попроще, например, Фрейда, то у него стадия контроля, т.н. «анальная стадия» - вторая из трёх стадий формирования взрослой личности… То есть, «контроль» нам предстоит как-то перерасти, а пока, переводя термины Фрейда на великий и могучий русский язык, можно дать ещё более простое объяснение ситуации, буквально одним словом.

Возвращаясь к ЕС, как нам понять то крушение очага нонконформизма и противостояния евробюрократии, каковым стало поражение Орбана в Венгрии? Понимать нечего. Прошли времена, когда тиранические режимы преследовали и подавляли любую оппозицию. Уже давно «режим» сам себе создаёт оппозицию: это вариации на тему операции «Трест», осуществлённой ГПУ 100 лет назад. В других странах этот метод мог применяться ещё раньше. В ЕС наличие «непокорной» страны, обладающей правом вето, создаёт свободу маневра, когда есть возможность отложить то или иное решение как бы под давлением демократии…

То же самое и на уровне политических партий. Когда живой голос народа звучит в той или иной партии, в том же французском НФ, её долго «маринуют» в политическом предбаннике, пока она не станет по сути своей системной. Не надо надеяться на какую-либо оппозиционную партию ЕС. «Поддержка таких партий избирателями» по итогам выборов совпадает с уровнем их интеграции в систему. Если когда-то одна из них сформирует правительство или выдвинет премьера, это будет означать лишь то, что она стала системной. Я, впрочем, не знаю, надо ли объяснять такие простые вещи жителям России. По крайней мере, те, кто помнит избирательный процесс 90-х, всю эту механику видел.

Но содержание оппозиции по силам лишь богатым странам с развитой «политической культурой». В провинции люди слишком просты, для масштабной и постоянной клоунады нет ни денег, ни кадров. Оппозицию приходится подавлять, как в той Венесуэле!.. В крайнем случае, выборы можно просто отменить.

Что касается эмоций, то позиция Орбана по ближневосточным событиям лишила его моего сочувствия. Впрочем, это всё чушь. Самое интересное, что было, это противостояние Ирана с «коалицией Эпштейна». Как вышло, что Иран устоял?

Вот что в самом деле заслуживает серьёзного осмысления.

Блицкриг новой формации

«Вся свобода будет тогда, когда будет всё равно, жить или не жить» (с), Достоевский, «Бесы».

С чисто военной точки зрения ясно, что удар по Ирану осуществлялся негодными средствами и не мог сокрушить такую большую страну, вдобавок, с гористой местностью.

Атака на Иран была ярко выраженным блицкригом, причём удар был направлен более на руководство, чем на армию. Что увенчалось, казалось бы, полным успехом.

Я не смог вспомнить ни одного аналогичного случая в мировой истории. Нашлись две-три неполных и слабых аналогии, имевших место очень давно. Парадоксально, но что-то похожее было более 200 лет назад, при рождении блицкрига!

Считаю отцом блицкрига Наполеона, а самым успешным его применением – кампанию 1806 года против Пруссии. В чём суть блицкрига? Боевые действия начинаются внезапно скорейшим вводом лучших войск как можно большей численности. Противник просто не успевает внутренне мобилизоваться и испытывает моральный шок, ведущий к растерянности, слому боевого духа и полному крушению. При этом также нарушается управление войсками и государством.

Особенно показательна битва при Ауэрштадте. Французские войска маршала Даву имели куда меньшую численность, чем пруссаки, они не получили должной поддержки… Тем не менее, Даву быстрым движением занял командную высоту на поле боя; в разгар сражения был смертельно ранен командующий пруссаков герцог Брауншвейгский – предводитель немецких масонов. Погиб один из комдивов; затем пруссаки утратили возможность сражаться и бежали. До того момента сражение было упорным, что доказывают большие потери французов. Причиной внезапного слома мог быть только шок блицкрига. Ряд точно таких блиц-эпизодов обусловил быстрый крах Пруссии.

Другой случай – покорение тем же Наполеоном Испании. Сначала он заключил с ней союзный договор, а потом просто арестовал и вывез во Францию королевскую семью. Всё прошло гладко. Потом, правда, начались проблемы. Восстал народ, но не «простой народ», как принято говорить у нас, а весь народ: аристократы, военные, священники, жители города и деревни.

Название партизанской войны указывает на то, что она ведётся отдельными отрядами. Её успех куда больше, когда среди партизан много кадровых военных. Так было и у нас в обеих Отечественных войнах. Лучшие результаты достигались отрядами, руководимыми офицерами царской или сталинской армии, или же НКВД.

Можно сказать, в Иране народ отреагировал как в Испании. Интересно, что именно испанский премьер чуть не единственный на Западе осудил агрессию «коалиции Эпштейна».

В этой аналогии множество факторов как совпадают, так и нет. Главная разница в том, что в Иране, в отличие от Испании, не было «союзнических» войск. Народ был готов к войне.

Провалились планы натравить на Иран его соседей. Ошибочная оценка ситуации «коллективным Эпштейном» обусловлена его расизмом, породившим высокомерное отношение ко всем этим «дикарям». Они же оказались не такими безмозглыми, как мнилось.

Но значит ли успех Ирана, что новый блицкриг опровергнут? Нет, в другой среде могла случиться катастрофа. В чём политическая сила Ирана? Власть опиралась на народ и говорила ему правду; если раньше многие относились скептически к нарративу про «малого и большого сатану», то жестокая реальность заставила людей припомнить всё, о чём их регулярно предупреждали.

В Венесуэле тоже звучало много патриотичной и антизападной риторики, но всё это был лишь лживый и надоедливый перфоманс. Страна управлялась не аристократией и даже не элитой, а приказчиками нефтяных фирм. В Венесуэле Боливар стал клоуном, как в Европе – Санта. В итоге случился небывалый позор «похищения Мадуро»; позора, впрочем, никто не почувствовал.

В Иране политика в отношении народа была качественно иной. Власть видит в нём свою опору, поэтому он не атомизирован, привык выходить на улицу, чему есть огромное число подтверждений. Люди не используют всякую свободную минуту для потребления развлекательной жвачки из смартфона или телевизора. Люди как-то пережили отключение Интернета!..

Народ или большая его часть не бежал в горы, не просиживал все ночи в бомбоубежищах! Он не боялся смерти!

Ещё один удивительный факт – гладкая, практически автоматическая смена руководства в стране и армии после убийства ряда первых лиц. Вот что уникально.

Как это понять? Возможно, Иран – та единственная страна, которая управляется не элитой, а аристократией. При этой организации общества нет непроходимых перегородок «по вертикали». Когда наверху освобождается место, его сразу занимает кто-то с нижнего этажа духовной либо политической иерархии. Наиболее важно, что эта иерархия прозрачна. Тогда как при элитарном правлении мы никогда точно не знаем, кто руководит, кто замещает, кто работает и кто просто служит декорацией. Элита – закрытая группа, которая в спокойной ситуации стремится ещё более снизить свою численность, замкнуться в кругу старых друзей и родни. Мы знаем, что с годами друзей всегда становится меньше. Понятно, что гибель даже одного члена элитной группы способна деморализовать всех, и, даже если они выдержат удар, в управлении образуется вакуум. Ведь так трудно и долго готовить нового «посвящённого», так страшно его выдвинуть!..

Что касается страха смерти, то мы все, конечно, боимся её. Хотя бы из инстинкта самосохранения, свойственного любому живому существу. Но жизнь всегда показывала нам, что его можно подавить.

Прошу простить за очередной уход в астрал, но теоретически это всё понятно и происходит в рамках структуры, описанной ранее: когда есть диалектика более или менее закрытых элитарных групп, и есть её «отрицание», которое можно назвать правлением аристократии. Также мне интересны такие вопросы: существует ли это «отрицание» в единственном числе, можно ли отождествить его с катехоном, и, наконец, не является ли сегодня катехоном Иран? Ответов у меня нет. Возможно, отрицание элитарного правления существует на Земле фрагментарно, не воплощаясь в какой-то один «режим». Если такое правление отождествить с катехоном, то его место остаётся не определённым. В любом случае, мы не знаем, как и когда он может быть «взят от среды», что откроет дорогу к последним временам. В чём суть таких времён, понять, к сожалению, уже можно: это планетарный концлагерь ИИ.

Есть, однако, традиция отождествления катехона с конкретными государствами: с Римской империей, затем с Византией, затем с Россией. Иран, конечно, не христианская страна, поэтому формально я должен отвергнуть перемещение катехона туда из России. Но надо изложить все соображения об этом. Дело в том, что в странах, где по традиции точно был катехон, с религией часто было очень негладко. Римская империя де-факто во многих частях оставалась языческой или сектантской, императоры колебались. В Византии были потрясения, одно «иконоборчество» чего стоит, а про императоров и говорить не хочется. В России был раскол, а потом и весьма неоднозначный период синодального православия, который временами даже похож на какую-то «русскую реформацию». После Революции были страшные гонения. Впрочем, власть оставалась относительно прозрачна: вожди вышли из народа и часто даже общались с живыми людьми.

Большие подозрения вызывает эпоха «конвергенции». Не тогда ли советское руководство превратилось в элиту с двойной правдой? Коммунизм оставался для масс, а настоящей целью стала интеграция с Западом, что и осуществилось в 1991 году. Итак, принцип единого учения для власти и для народа был отвергнут, в то же время в Иране и совершилась революция, ставшая базой катехона. Не будучи уверен в этой идее, я хочу, тем не менее, её заявить для тех, кто способен это всё принимать всерьёз.

Что это было?

Итак, все говорят о поражении Трампа; я слышал даже остроумную идею, что «глобалисты с помощью Нетаньяху втянули Трампа в гиблое дело», почти нокаутировали его.

Я всегда считал Израиль традиционным государством; как же Нетаньяху оказался каким-то агентом глобалистов? Традиционализм находится в другом месте: в среде религиозных иудеев. А сионист Нетаньяху – хорошо знакомый нам тип турбо-патриота, который бежит впереди паровоза, потому что святее папы Римского. Проще говоря, это провокатор.

Чисто военная слабость атаки на Иран очевидна; успешную смену руководства можно было предполагать после прошлогодней «репетиции». Более того, «пятая колонна», самые агрессивные бунтари, террористы и диверсанты были разгромлены в Иране чуть раньше, во время неудачного мятежа. Они почему-то выступили раньше срока. Морская же блокада началась позже срока, уже во время перемирия: тоже не вовремя. Завоевание Ирана армиями сопредельных государств – ещё одна бредовая, оторванная от жизни идея. Я сам интуитивно предполагал успех Ирана, и он меня не удивил. Так неужели профессионалы разведки и аналитики не могли прийти к тем же выводам, но чётко обоснованным? Они должны были это сделать.

Идея «Нетаньяху – агент глобалистов» могла быть моей, потому что я и раньше высказывался очень скептически насчёт «патриотизма» израильского режима; впрочем, и это всё чушь.

Думаю, главная цель атак на Иран – испытание и демонстрация нового оружия, которое заменит пресловутую атомную бомбу. Это была «новая Хиросима» для элиты: суть оружия в способности уничтожать определённых людей, представителей элиты. Это оружие – не новая бомба или ракета, а комплекс средств поражения, слежки, манипуляции людьми, основанный на информации со спутников и многих миллионов всяческих «гаджетов», обработанной ИИ.

Куда «вырулит» ИИ, не знаю, но сначала, как водится, он станет кому-то оружием. Конечно, тут можно предполагать прямую связь с недавним, назовём его так, «Манифестом Палантира». Его воспринимают как некую угрозу. С другой стороны, это также коммерческое предложение. Авторы «Манифеста» просят крышу. Самое сильное оружие должно где-то базироваться, обслуживаться сотнями и сотнями тысяч людей. Лучше в малолюдных, суровых местах: в Канаде, в Гренландии. На Аляске. Якутия тоже очень хороша. Там теперь активно строится логистика. Отец Илона Маска в восторге от России.

Бесконечные разговоры вокруг ИИ «забалтывают» его возможности военного инструмента. Между тем, оружием на его основе можно терроризировать любое государство. Слабой в военном отношении стране можно угрожать блицкригом против элиты, а сильную – постепенно запугивать, пока элита в какой-то момент не потеряет волю и не начнёт принимать все условия.

Не утверждаю, что хозяева такого оружия через год-другой всех запугают или уже запугали. Но хочу объявить пришествие нового мира. Мир изменился после Хиросимы; теперь он будет меняться «после Ирана». На этом фоне проблемы Америки или, там, «Великого Израиля» не то, чтобы не важны… Они просто не интересны. Перемены идут с другой стороны.

Прогноз

От первого применения атомной бомбы до кристаллизации новой системы, основанной на ядерном сдерживании, прошло порядка 20 лет. С новым оружием этот путь у нас ещё впереди.

Я говорил об угрозе для элиты. Хоть простые люди – мы с вами – совершенно беспомощны, возможно, нас прямо это не коснётся. Потому что нас слишком много, и мы слишком мелки для таких больших господ. Хотя, какой-то отдел «Палантира» или же его дочерняя фирма в качестве приработка может заняться «мошенничеством». Другая сторона этой деятельности – подготовка кадров для серьёзных задач. Не все те, кто работает на «мошенников» - одноразовые идиоты.

Сегодня «мошенники» имеют крышу у «недружественных», скажем так, спецслужб, пользуются ворованными БД и консультациями психологов. Если их пристегнут к «Палантиру», к их услугам будет информация с гаджетов, обработанная ИИ, который подберёт ключики к каждому человеку, в т.ч. и дипфейки.

Всё же, вернёмся к элите, потому что решать вопрос придётся им.

В новой сложившейся ситуации очень удачной представляется классификация элит, сделанная одним забытым ныне политологом. По его мнению, элиты «бывают такие, бывают не такие, а бывают совсем не такие». «Такие», первая группа – те, кто будет владеть новым оружием и применять его. К третьей группе отнесём тех, кому всё равно, и кто пытается сопротивляться. Сегодня эта группа представлена Ираном, кем ещё – не могу сказать.

Суть в том, что вторая группа исчезнет, подвергнется эрозии. Если ничего не делать, они скоро потеряют свой элитный статус и превратятся в простых приказчиков первой группы. И это в лучшем случае. Их, скорее, уберут, потому что кому нужны такие ленивые приказчики?

Другой вариант состоит в попытке действовать, как после Хиросимы: создавать свой «Палантир», а пока – всячески шифроваться. Сначала самим и ближайшему окружению. Потом всё большему числу людей. Придётся создавать крупные закрытые зоны, откуда пойдёт управление… Вопрос коммуникации от истинных лидеров к исполнителям станет нетривиальным… Как верифицировать приказ? По идее, исполнитель должен находиться «на земле», но там ведь он будет подвержен воздействию всяческих «мошенников» и дипфейков… Проблема в том, что «Палантир» может применяться в режиме нон-стоп. Это же не атомный взрыв: он не очевиден. На ядерную атаку мы ответим тем же, но не будем же мы пускать ракеты в ответ на бесчисленные малозаметные диверсии.

Это путь усиления элитарности. «Авторитарного» правления не будет, потому что лидерам придётся скрываться... Опять мы отстали!.. – от Англии, конечно. Там практика неизвестных лидеров в ходу сотни лет. В начале статьи шла речь о премьерах для конкретной миссии, но кто-то же доводит до них эту миссию. Он заранее знает, когда начнётся ковид и ВВВ, когда скончается королева… Вот и пишут исследователи, что англосаксонский политический стиль «предполагает дебаты, в ходе которых фигурирует много фактов, но мало теоретизирований, он характеризуется большим количеством юмора и доверительности» (с), - когда всё по большому счёту решено в другом месте, можно и поговорить, и пошутить… Что ещё остаётся!

Поскольку новое оружие будет применяться в режиме нон-стоп, не понятно, возможна ли в принципе стабильная ситуация. Другая неразрешимая задача – оценка атакующего потенциала сторон. При старой системе мы могли пересчитать атомные боеголовки, носители и отслеживать запуск ракет. По мере становления «Палантиров», со временем никто точно не сможет оценить степень опасности. Что может ждать нас в ближайшую неделю? Может, ничего, а может какая-то катастрофа или всплеск террора. И что тогда, запускать ракеты?

Процесс либо свалится в хаос, либо кристаллизуется в глобальную тиранию.

Такая тирания с инструментами управления ИИ потребует гораздо меньшего числа людей, чем теперь. Подавляющее большинство элиты окажется не нужным.

Какой-то контроль и стабильность возможны лишь на пути уменьшения числа всех этих «носителей» и «средств поражения» нового оружия: от спутников и дата-центов до смартфонов в кармане у последнего бомжа. Ряд стран ограничил доступ к интернету, пока под предлогом возраста. Изживается анонимность в Сети. Возможно, это часть защиты и профилактики от «Палантира», но всё это, конечно, полумеры.

Совсем не факт, что нам удастся выстроить глобальную систему сдерживания, как это было сделано с ЯО. Поэтому вопрос надо решать иначе, решать его в принципе. Надо повернуть «прогресс» в другую сторону, чтобы он не был направлен на достижение власти, контроля, увеличения потребления и т.п. Надо также погасить в сознании человечества идею мирового господства – следствие страха перед действительностью.

Про конкретные действия на этом пути я писал в спокойные времена – год-два назад, теперь время теорий прошло. В качестве оперативной меры снова предлагаю снизить элитарность общества, поскольку уязвимость от нового оружия прямопропорционально её уровню, а при аристократическом правлении его эффективность, как показал Иран, не слишком велика.

Таких мер очень много. Прежде всего, снижение секретности; порой можно откровенно обрисовать ситуацию, в которой мы живём и направление движения. Когда товарищ Сталин в 1941-42 годах пару раз выступил в таком духе, он заслужил благодарность очень многих на всю жизнь. Закон императора Павла Петровича о престолонаследии внёс полную ясность в этот деликатный вопрос и сильно укрепил власть. В XVIII веке нас преследовали постоянные перевороты, даже Екатерина II сильно страдала из-за того, что многие сановники считали её власть нелегитимной. В XIX веке эта проблема исчезла. Всякая ясность снижает элитарность.

Ещё меня печалит снижение уровня образованности в мире. От невежества происходят чудовищные вещи. «Коалиция Эпштейна» выросла на этой почве. Только абсолютно безграмотный человек мог верить в истинность химеры «иудео-христианства», в диспенсационализм или «доктрину двойного предопределения». На Западе в это верят сотни миллионов. Виной тому – порочная суть протестантизма, когда каждый сам себе богослов.

Невежа может всё своё время направить на зарабатывание денег, и преуспеет в этом. Но урожай уберут другие. Короче, эпоха оперативных действий началась. Позади 4 месяца, а впереди – не один год такого «веселья».

6.5.2026 Teichmann