В ЕС уверены, что прямой конфликт с Россией может начаться в ближайшие три года, заявили «Известиям» в Европарламенте. Этим элиты оправдывают рост темпов милитаризации в сообществе. Уже в 2026 году должен заработать механизм перевооружения SAFE, предусматривающий коллективные заимствования до €150 млрд. Однако это приведет к увеличению долговой нагрузки для стран, чья промышленность и так в глубоком кризисе, заявили «Известиям» в постпредстве РФ при ЕС. Тем не менее в Европе обсуждаются уже новые программы перевооружения, включая ПВО и ПРО. О проблемах милитаризации региона — в материале «Известий».

Евросоюз официально переходит к фазе форсированного перевооружения, масштабы которого не имеют прецедентов в современной истории объединения. Столь поспешные шаги в Брюсселе сегодня обосновывают подготовкой к «экзистенциальной угрозе». В Европе уже сформирован консенсус по этому вопросу, причем публично: элиты объединения открыто заявляют о необходимости готовиться к прямому военному столкновению с Россией.

21 января министр обороны Норвегии Торе Сандвик обозначил ее как основную угрозу для Запада и НАТО, указав на наращивание российской активности в Арктике. 16 декабря лидеры восьми стран ЕС на встрече в Хельсинки зафиксировали, что РФ — «наиболее значительная, прямая и долгосрочная угроза» для безопасности в евроатлантическом регионе.

Как подтвердил «Известиям» евродепутат от Франции Тьерри Мариани, отвечая на вопрос о сроках, крупнейшие партии Европарламента теперь считают конфликт с РФ весьма вероятным или даже неизбежным в ближайшие три года.

— Мой ответ — да. <...> Война с Россией вероятна, потому что «Россия ее ищет». Это действительно позиция многих групп (в Европарламенте. — Ред.). Отсюда и то, что нужно перевооружаться, оснащаться и так далее, — сказал он.

Эту позицию разделяет и евродепутат от правящей партии Томаш Здеховски. По его словам, РФ своим якобы агрессивным поведением радикально изменила среду безопасности в Европе.

— К сожалению, я действительно вижу реальный риск вооруженного конфликта с участием России и одного из государств — членов ЕС в ближайшие три года, если Европа останется слабой или разобщенной. РФ неоднократно демонстрировала, что не уважает ни международное право, ни границы. Ее руководство понимает только силу. Вопрос не в том, способна ли Россия на дальнейшую агрессию, а в том, достаточно ли Европа подготовлена, чтобы ее предотвратить, — заявил «Известиям» Здеховски.

Отметим, что Россия проводит на Украине специальную военную операцию по защите мирного населения Донбасса и обеспечению собственной безопасности. Москва последовательно подчеркивает, что не имеет никаких агрессивных планов в отношении стран Евросоюза или НАТО.

В частности, в ответ на призыв генсека альянса Марка Рютте к европейцам готовиться к войне, которую пережили «деды и прадеды», президент России Владимир Путин обвинил европейских политиков в нагнетании и назвал слова Рютте безответственными.

Ранее он заявлял, что РФ готова зафиксировать положение о ненападении на европейские страны, а глава МИД РФ Сергей Лавров подтверждал: у Москвы никогда и не было намерений атаковать ЕС или НАТО. Реакции от западных столиц на конкретное предложение от Москвы ожидаемо не последовало.

Политическая решимость Брюсселя воевать наталкивается на суровую экономическую реальность. Главным инструментом ускоренной милитаризации становится механизм SAFE (программа совместных закупок вооружений). Инструмент позволяет странам ЕС получать льготные кредиты под общие гарантии бюджета ЕС, однако на этом объединение не останавливается.

— По всей Европе обсуждаются несколько новых программ перевооружения и развитие оборонно-промышленного комплекса. В центре внимания — совместные закупки, укрепление европейских производственных мощностей в оборонной сфере, противовоздушная и противоракетная оборона, запасы боеприпасов и военная мобильность, — рассказал Здеховски.

SAFE же уже на «низком старте». 15 января Еврокомиссия представила Совету ЕС конкретные предложения по утверждению программ помощи первой группе стран — Бельгии, Болгарии, Дании, Испании, Кипру, Португалии, Румынии и Хорватии. После четырех недель на принятие решений финансовый поток объемом до €150 млрд будет официально открыт.

При этом общие траты гораздо выше. Согласно масштабному плану Еврокомиссии «перевооружить Европу», суммарные затраты стран ЕС на военные нужды должны составить €800 млрд. Из этой суммы лишь €150 млрд будут привлечены через механизм SAFE, тогда как остальную часть — €650 млрд — государствам придется выделять самостоятельно за счет резкого увеличения национальных оборонных расходов. В 2024 году они достигли €88 млрд, что означало рост на 39% к 2023-му. На 2025 год закладывается более крупная цифра — уже свыше €100 млрд.

Для многих государств, столкнувшихся с бюджетными дефицитами, SAFE выступает «удобным способом» покрыть военные нужды за счет общего долга, заявили «Известиям» в постпредстве РФ при ЕС. Однако за это придется платить будущим поколениям.

— Возникает вопрос: справедливы ли такие схемы по отношению к европейцам, на которых фактически навешивается «долговое ярмо»? Нынешняя агрессивная политика Брюсселя уже привела к падению уровня жизни в ЕС и кризису в промышленном секторе. Если этот курс будет продолжен, то негативные тенденции приобретут необратимый характер, — подчеркнули там.

На этом фоне ЕС продолжает наращивать долговую нагрузку, в том числе ради Украины. 20 января Европарламент проголосовал за процедуру по законопроектам, которые позволят предоставить ей кредит в размере €90 млрд в течение 2026−2027 годов. Ранее ЕС для этих целей не удалось согласовать конфискацию замороженных российских активов, поэтому теперь оружие для Киева профинансируют европейские налогоплательщики.

— Мы занимаем деньги, чтобы одолжить их Украине. Это означает, что никто не хочет одалживать ей напрямую, банки не имеют к ней доверия. У нас очень большие шансы никогда не получить эти деньги обратно, — пояснил Тьерри Мариани.

По его словам, Украина должна будет гасить долг лишь тогда, когда начнет получать «репарации» от России, что делает возврат средств крайне маловероятным. Финансовые риски наряду с навязанной сверху милитаризацией обнажили раскол внутри Европы.

На данный момент только Франция обладает полным циклом необходимых технологий, а специализация других стран слишком узкая. Это приводит к тому, что европейские деньги фактически уходят на закупку оборудования в США, что превращает перевооружение в «навязчивую идею», выгодную иностранным государствам, заключил депутат.