Сообщения о серии испытаний стали поступать еще вчера от южнокорейских военных, но сегодня Пхеньян через свой официальный рупор - Центральное телеграфное агентство Кореи (ЦТАК) – дал подробные пояснения, сняв все вопросы. Как выяснилось, испытания были гораздо более разнообразными, чем предполагали изначально зарубежные наблюдатели.

Согласно информации ЦТАК, в период с 6 по 8 апреля Академия национальной обороны и Главное ракетное управление КНДР провели серию тестов "важных систем вооружений". "Гвоздем программы", на котором СМИ КНДР остановились подробнее всего, стали испытания испытание тактической баллистической ракеты "Хвасон-11ка" (KN-23, северокорейский вариант "Искандера") с кассетной боевой частью. ЦТАК подчеркнуло, что испытание было проведено для "оценки боевого применения и мощности кассетных боеприпасов тактической баллистической ракеты", было подтверждено, что одна такая ракета способна "сверхплотно" накрыть и "превратить в пепел" район площадью 6,5-7 гектаров, то есть примерно 10 футбольных полей. Отмечено, что также был произведен пуск для проверки ракетного двигателя с применением дешевых материалов при максимальной нагрузке.

КНДР далее сообщила, что были протестированы электромагнитное оружие и "углеродно-волоконный боеприпас". Последний был испытан путем распыления.

ЦТАК процитировала первого заместителя заведующего Военным отделом ЦК ТПК Ким Чжон Сика, подчеркнувшего, что "электромагнитное оружие и углеродно-волоконные боеприпасы являются стратегическими специальными средствами, которые могут комбинироваться и применяться в различных пространствах и с различными военными средствами".

Также указано, что за эти три дня прошли испытания "боевой надежности" мобильного зенитно-ракетного комплекса ближнего радиуса действия.

Пхеньян не сообщил время и место тестов, но в Южной Корее, сопоставив имеющиеся у них данные, пришли к выводу, что тактические ракеты "Хвасон -11ка" с кассетной боеголовкой были запущены утром 8 апреля из окрестностей города Вонсан в сторону моря. Они пролетели около 240 км и упали в район острова Алсом у побережья уезда Кильчжу в провинции Северная Хамгён. Единичный запуск в тот же день, но через несколько часов стал проверкой "двигателя из дешевых материалов". Отметим, что эта система пролетела 700 км на северо-восток и упала в международные воды между Россией и Японией.

Несколько прояснилась информация и о загадочном запуске ракеты в окрестностях Пхеньяна 7 апреля. В Сеуле посчитали, что испытания закончились неудачей – ракета пролетела слишком короткое время, но, похоже, что это было испытание как раз комплекса ЗРК ближнего радиуса. Это тогда объясняет короткий полет – возможно комплекс отстрелялся по мишени, имитировавшей вражеский самолет или ракету.

Для понимания всей ситуации сначала стоит уяснить, что за вооружения были испытаны. Тактический ракетный комплекс KN-23 ("Хвасон-11 ка") считается одним из самых опасных для Южной Кореи. Эксперты называют его "северокорейской версией российского Искандера" или "Кимскандером", его крайне сложно перехватывать, а возможности для задействования – самые разные. При оснащении кассетной боевой частью (БЧ) происходит следующее: сначала ракета летит как обычная система, а перед целью БЧ раскрывается и из нее высыпаются десятки или сотни суббоеприпасов, которые расходятся и на значительной площади уничтожают практически все. Такое количество мелких боеприпасов невозможно перехватить обычными комплексами ПРО/ПВО – просто слишком много целей.

Электромагнитное оружие – оно же EMP-боеприпас и "электромагнитная бомба" – сначала взрывается, но главный смысл не в ударной волне, а в происходящем после этого мощном электромагнитном импульсе. В итоге на определенной территории из строя выходит вся электроника – радары, системы управления, связь, вплоть до мобильных телефонов и телевизоров. Задача – ослепить и оглушить противника перед "обычным" ударом или просто вывести из строя всю электронику.

Углеродно-волоконный боеприпас имеет несколько сленговых названий среди экспертов – "черная бомба", "графитовая бомба" и пр. Это весьма необычный и новый по характеру тип оружия. Такая "бомба" (хотя могут быть и другие носители) разбрасывает на определенной высоте тончайшие длинные проводящие волокна, состоящие из углерода и никеля. Падая, эти "углеродные волосы" попадают на электростанции, подстанции, линии электропередач, вызывая замыкания и провоцируя массовые отключения электричества. Это оружие не столько против населения или боевой техники, сколько против инфраструктуры.

Привлекло также внимание отдельное упоминание Пхеньяном теста системы с ракетным двигателем из дешевых материалов, которая улетела на 700 км. Таким образом Страна чучхе решает вопрос массовости производства ракетного вооружения: чем дешевле обходится система, тем проще и больше ее можно сделать. По поводу ЗРК все достаточно "стандартно" – защита от самолетов, ракет, дронов противника.

Если для непосвященных это выглядело хаотичным набором разноплановых стрельб-пусков-сбросов, то военные эксперты смогли сделать далеко идущие выводы о том, что продемонстрировал Пхеньян. Северокорейская сторона охарактеризовала эти тесты хотя туманно, но многозначительно – как "имеющими очень важное значение для развития вооруженных сил". Также было подчеркнуто, что это часть "регулярной деятельности по постоянной разработке и обновлению систем вооружений".

В Сеуле же считают, что речь идёт о комплексной отработке нескольких элементов современной войны, а не о разрозненных демонстрационных тестах. Каждая из испытанных систем закрывает отдельный участок возможной атаки по противнику, формируя комплексный удар. Одна система обесточивает район, другая – выводит из строя электронику и средства управления, а третья, если возникнет такая необходимость, уничтожает просто всё и всех- без разбора. Также было продемонстрировано, что подобные удары могут быть массовыми благодаря возможности создания дешевых ракет. ЗРК – это уже защита от ответных ударов с воздуха. Иначе говоря, если исходить из северокорейских заявлений и их совокупности, то, как пришли к выводу в Сеуле, Пхеньян проверял не отдельные изделия, а набор взаимодополняющих средств атаки и обеспечения.

Эксперты и политологи предположили, что, возможно, в публикации информации об испытаниях содержится и внешнеполитическое послание. В конце концов по поводу даже ракетных запусков Южная Корея и США знали далеко не все, а про тесты "графитовой", "электромагнитной" бомб вообще не было известно.

Часть специалистов уверена, что это военно-политический посыл Сеулу: во-первых, напомнить, что Север лучше не задирать – что весьма актуально с учетом недавнего скандала о направлении из Южной Кореи дронов в КНДР некоторыми "особо инициативными" военными и разведчиками Юга. Во-вторых – тезис, что Южная Корея воспринимается Севером как враждебное государство. Буквально на днях президент РК Ли Чжэ Мён выразил сожаление в связи с направлением дронов, что Ким Чен Ын назвал "смелой и искренней позицией". Но тут же, чтобы на Юге "не надеялись на многое", последовало заявление МИД КНДР, где было прямо разъяснено – "вы для нас все равно враги, это ничего не меняет", а теперь вот военное подтверждение данного тезиса. С учетом характера и дальности испытанных комплексов, они ориентированы в первую очередь на удары по соседям, то есть по Южной Корее.

Есть также версия, что это косвенный посыл и Вашингтону, что, мол, у КНДР есть самые разные средства поражения и защиты, а потому "вариант Ирана" или "Венесуэлы", когда военные США в ходе конфликта остаются практически недосягаемыми для ответных ударов, не пройдет.

Южнокорейский военный эксперт Син Чжон У в интервью СМИ РК заявил, что Пхеньян, вероятно, стремится продемонстрировать эффект асимметричной войны, который показал конфликт с участием Ирана, США и Израиля, и на основе этого опыта ускоряет разработку новых систем с высокой тактической ценностью.

Есть также версия, что "военные и инженеры КНДР просто продолжают заниматься своим делом", а потому все эти испытания – часть их обычной рутины, которую решили "подсветить", исходя из текущих внешнеполитических задач. В любом случае в Южной Корее пришли к следующему выводу: если раньше северокорейские испытания чаще выглядели как демонстрация одной ракеты или одного нового носителя, то теперь Пхеньян показывает более сложный подход: не просто ударную систему, а целый набор средств для поражения территории, обесточивания инфраструктуры, подавления электроники, наращивания массовости применения и прикрытия своих действий от контрудара. В зависимости от конкретного объекта или цели можно использовать разные виды систем, а можно все сразу – от обесточивания городов и военных баз с сохранением живыми людей до, если пользоваться лексикой Страны чучхе, физического уничтожения "в пепел" всего, что есть в конкретном районе.